Сердце бандита

Четыре месяца назад.

Ангелина

— Женька, ох! Он толкается! А-а-а! Потрогай, потрогай! — верещу как резаная, обнимая свой уже прилично округлившийся животик.

— Ух ты, сейчас! — отзывается бурной радостью любимый. Одной рукой он крепко держит руль нашей скромной «ласточки», а вторую бережно кладёт на мой живот. — Ой, класс! Ничего себе!

— С ума сойти! Как приятно... Он опять толкается. Так сильно! Аж живот ходуном ходит! В этот раз толчки чувствуются намного сильней.

— Потому что растёт. Мой богатырь.

Останавливаясь на светофоре, пользуясь моментом, Женя наклоняется ниже и в знак благодарности за подаренное ему чудо ласково целует мой животик.

— Ты рад? Ты счастлив, что у тебя скоро сын родится? — звонко смеюсь. Ловлю руку мужа, крепко её сжимаю, переплетая наши пальцы с обручальными кольцами друг с другом. — Любишь меня?

Смотрю на него с особой любовью и нежностью в глазах. Тону в нём. Растворяюсь. Не могу надышаться. Своим самым дорогим в мире сокровищем — нашей крепкой, идеальной семьёй.

— Ты даже не представляешь, как сильно люблю. Ты самая лучшая на свете! Ангел...

Женя обхватывает меня за подбородок, тянется ко мне очень близко, чувственно целует в губы.

Мигает зеленый. Машина трогается с места. Теперь нужно быть внимательней, не зевать на дороге. Не стоит отвлекать любимого за рулём. Но у меня эмоции зашкаливают!

— Осторожно, прошу. Следи за дорогой, — напоминаю мужу, когда он вдруг снова тянется к моим губам, вместе с тем пристраивает ладонь на коленке, ползёт рукой вверх, задирая платье.

Жар опаляет щеки от его возбуждающих, приятных прикосновений. Невинные ласки грозятся перерасти в нечто большее, искромётное.

Я легонько шлёпаю проказника по руке.

— Нет уж. Не сейчас. Давай дома. Уже недолго ехать осталось.

— Всё под контролем, не переживай, — с каплей разочарования отвечает муж, нехотя убирая руку. — Как черепаха ползу, — задорно смеётся. — Хотя дороги полупустые.

— Вот и правильно, — киваю, скрещивая руки на груди. — Бережёного бог бережёт.

Женька, как узнал, что я беременна, больше тридцати километров в час уже не ездит. Ох, смешной он у меня. И самый лучший на свете!

Мы проезжаем перекрёсток, выезжаем на более просторную дорогу, направляясь в сторону нашего дома по ночному, достаточно тихому в это время суток городу.

— Кстати, завтра уже оставшуюся мебель довезут и можно переезжать.

Евгений шокирует меня внезапным заявлением.

— Шутишь? Так быстро? Я думала, ещё пару месяцев придётся потерпеть.

— Малыш, я хотел сделать тебе приятное, — забрасывает руку мне за шею, притягивает к себе, чмокая в щёчку, — порадовать хотел своего Ангела. Завтра тебя ждёт аж целых три сюрприза.

— Ох, Жень! — я задыхаюсь от переполняющих эмоций. — Я ведь не выдержу-у-у! Расскажи прямо сейчас! Пожалуйста, — смотрю на любимого ну точно как котик из «Шрека», невинно хлопая глазками.

— Проклятье, Ангел! Когда ты смотришь на меня вот так, я не могу устоять.

— Говори, ну же!

— Я купил её, — важная пауза, — ту детскую, которую ты в ЦУМе видела. Полностью. Её сейчас устанавливают.

У меня челюсть почти до груди отвисает.

— Шу-тишь?

Не могу дышать.

— Не-а, серьезно говорю, — Женя гордо расправляет плечи. — И машину купил. Завтра её пригонят. Иномарка. Большая. Просторная. Главное – новая! С большим багажником, в который можно напихать кучу детского хлама. Коляски там всякие, велосипеды…

Я в полном шоке.

— Не верю. Ты меня разыгрываешь? — и смеяться начинаю от радости, роняя слёзы счастья. — А деньги, где же ты деньги взял? Квартира, машина, детская комната, о которой я так сильно мечтала… Всё это добро целое состояние стоит! Не по карману простому таксисту.

— Малыш, это не твои заботы. Не смей даже думать об этом. Поняла?

На короткий миг любимый отрывается от дороги, чтобы положить руку на мой живот. Гладит его. Нежно, заботливо. С искренней любовью. А я вдруг ощущаю сильный толчок. Сладкий жар разливается по всему телу.

— Ого! Пинается опять! — Женька смеётся.

— Да-да! Папку почувствовал, представляешь?

— Ты у меня самая лучшая на свете, — с зашкаливающей нежностью в голосе произносит любимый. — Солнце, спасибо тебе за сына.

— Женя-я-я, — сдавленно вою и начинаю на полном серьёзе рыдать от разрывающих душу эмоций.

Чёртовы гормоны.

Любимый… Он квартиру купил нам с будущим малышом. Машину. И ту самую мебель, на которую я так долго смотрела в детском отделе. Просто не верится! Сон какой-то! Женя стал моей феей крёстной и осуществил все мои самые заветные мечты. Мы станем самой счастливой и дружной семьёй на свете, а нашим идеальным отношениям будут завидовать друзья и соседи. Уже завидуют!

— Давай имя придумаем? — меняю тему разговора.

Кстати, уже пора.

— Мне нравится Богдан.

— Как-то резко звучит, — скривившись, шепчу я. — Дима. Дмитрий... Димочка! А? Что думаешь?

— Сопливенько. Он мужиком будет. Крепким и сильным богатырем. Весь в папку.

Женька хохочет. Поднимает правую руку вверх, сжимая кулак, демонстрирует мне свой крепкий бицепс. Да ещё и бровями играет, проказник. Смешной такой. Я моментально взрываюсь от смеха, когда он начинает вот так кривляться. Настроение на максимум. Райское тепло стягивает низ живота. Всегда. Когда я нахожусь рядом с Женей.

Бах!

— Ой, что это? — обеспокоено оглядываюсь по сторонам, услышав странный шум.

Практически пустынную улицу пронзает череда жутких хлопков.

Бах!

Бах!

Бах!

Улыбка быстро испаряется с лица, мышцы скручивает жгутом от бушующих волн ледяного страха. Я цепенею. Хвастаюсь заледеневшими пальцами за края сиденья, вскрикивая:

— Это что? Выстрелы?

Скрип. Визг тормозов.

Резкий толчок в бок.

Бам!

— А-а! Женя!

— Держись, Ангел... Держись! Не-е-т!

Бах!

Я успеваю увидеть резкую вспышку жёлтого света и огромный силуэт чёрной машины, который на полной скорости врезается в нашу «Ладу». Сильнейший удар обрушивается прямо на лобовое стекло.

Я ничего не вижу. Я слышу крик. И чувствую адскую боль во всём теле. Словно меня насквозь прошибло сотнями острых шипов.

В ушах гудит. В глазах плывёт. Я пробую пошевелить конечностями. Вытягиваю вперёд руки. Будто удар под дых получаю.

Кровь.

Мои руки в крови.

Тишина.

Мёртвая. Удушающая.

Мой живот... Он разрывается от адской боли. По ногам течёт кровь. Розовый сарафан за секунду становится красным.

— Ж-Женя... — слабо мычу, обнимая парня.

Он обнимает меня. Закрывая нас с малышом своим телом.

Везде хрустит битое стекло. Пахнет кровью. Бензином. Надвигающейся смертью.

Я трясу любимого. Трясу изо всех сил! Но его глаза плотно закрыты. Он никак не реагирует. Он тонет в собственной крови… Изогнутый в какой-то нечеловеческой позе, весь в ранах, ссадинах, крови, накрывает меня собой, оберегая.

Происходящее не может быть реальностью. Так не бывает! Только в кино. Во сне. В новостях, чёрт возьми! С нами не должно было такое случиться.

Нас зажало искорёженным металлом машины. Жизнь висит на тонкой ните.

— Нет, Женя. Нет…

Лютый ужас скрючивает меня пополам, сжигает душу в чёрный пепел.

Кровь. Везде кровь.

Выстрелы пистолетов звучат всё чаще и ближе.

Женя! Он не отзывается на мои вопли.

Я заставляю себя собраться, отключить эмоции, принять происходящее не как фильм, а реальную жизнь. До меня вдруг доходит осознание всего происходящего. Мы попали в аварию. В нас на сумасшедшей скорости врезался громоздкий джип, смяв нашу машину в лепёшку, как алюминиевую банку.

Пульс замедляет ритм.

Темнота вышибает из меня жизнь.

Я куда-то лету.

Там очень холодно. Больно. И страшно.

Мамочки...

Я что? Я... умерла?