Разбитые грёзы. Книга 2

Аврора

Закатные лучи августовского солнца приятно согревали, а их яркое сияние заставляло жмуриться. Мне очень нравилось гулять в такое время по улицам этого небольшого городка. Один минус — всё хорошее быстро заканчивается. Вздохнула грустно, когда последний луч скрылся за горизонтом, и, выкинув обёртку от мороженого в ближайшую урну, направилась туда, где меня давно заждались.

— Опаздываешь, — ожидаемо пробасил охранник бара, в котором я подрабатывала. — Пять минут до открытия.

— Успею, — отмахнулась я от его предупреждения, привычно мило улыбнувшись, и полубегом бросилась в раздевалку.

Там собралась вся сегодняшняя смена: рыжеволосая Кэт, черноволосая Руби, блондинка Салли и наша шоколадка Джекки. Завидев меня, Руби просто кивнула, другие бросили отрывистое "привет", и лишь Джекки тепло улыбнулась, помахав рукой. Ответила ей той же любезностью.

В целом мне повезло — коллектив попался не скандальный, в отличие от другой смены, и я в него легко влилась.

— Готова к трудовым подвигам? — поинтересовалась Джекки.

Будто у меня есть выбор. Но то я оставила при себе. На деле согласно кивнула и принялась переодеваться.

Техасский бар с ковбойской тематикой вынуждал выглядеть соответствующе: белая блузка, коричневая безрукавка с бахромой и того же цвета клешёные штаны. Светлые с чёрными прядями волосы длиной до лопаток я заплела в две толстые косы при помощи красных лент. Не знаю, почему, но мне нравились такие яркие акценты в одежде, даже если они не подходили к наряду. Смягчила его алой помадой. После чего быстренько и как можно незаметней вернулась в зал. В нём собралась куча народа. Первым делом подошла к Бену — сегодняшнему бармену, чтобы узнать, какие столики числятся за мной этим вечером, а затем, подхватив блокнот и ручку, направилась к ближайшему из них.

Вообще контингент этого бара являлся по большей части мужским из-за стриптиз-вечеров. Сегодня был как раз один из них, а потому народа пришло больше обычного. Так что спустя пару часов я уже готова была поубивать всех мужчин в мире и свалить из этого места куда подальше.

— Смотрю, смена не задалась с самого начала, — донёсся из-за спины знакомый мягкий тембр с насмешливыми нотками.

Обернулась с широкой улыбкой на губах. Этому постоянному посетителю вообще не получалось не улыбаться.

Джейкоб Риз.

Обладатель чувственного голоса, потрясающе длинных белоснежных волос, забранных в низкий хвост, и притягательных чёрных глаз. Я каждый раз, глядя в них, ощущала себя не в себе. Чернильная бездна затягивала в свои глубины так явственно, что у меня колени подкашивались. Держалась в вертикальном положении с трудом. Сейчас вот благодаря барной стойке, на которую облокотилась локтями. Сглотнула и с трудом отвела свой взор в сторону, стараясь не замечать того, как на мужских губах растягивается манящая улыбка.

Божечки мои, нельзя быть настолько идеально-привлекательным!

Схватиться бы за широкие плечи с чётко очерченными мускулами под белой футболкой, прижаться вплотную к большому твёрдому телу, вдохнуть умопомрачительный аромат…

Он пах Новым годом — корицей и мандаринами, укутывая уютом и спокойствием.

Он пах домом.

Который я возможно была бы не против построить с этим чудесным экземпляром мужского пола когда-нибудь в будущем.

— Не то слово, — отозвалась немного запоздало на его раннее заявление. — Народ с каждым днём всё больше с ума сходит, по-моему, — хмыкнула, осматривая этот самый народ.

— Я бы предложил сбежать, но ты же откажешься, — поддержал моё настроение Риз.

Он был прав, а потому я просто развела руками, растянув губы в виноватую улыбку.

— Прости, но прогулки под Луной меня не прокормят, — добавила вслух.

Для той, кто два месяца назад очнулась в незнакомой больнице, в чужом городе, где её никто не знает, и сама она не помнит ничего о своей прошлой жизни, даже своё имя, работа была крайне важна. Особенно, если учесть, что с некоторых пор ко всем имеющимся проблемам прибавилась ещё одна, да в двойном экземпляре. И это ещё одна причина, почему я не позволяла себе сближаться с этим замечательным мужчиной, держа его на расстоянии вытянутой руки. Сперва стоило разобраться со своей беременностью. Уж не знаю, кто и каким образом наградил меня данным подарочком, но сделать аборт духа не хватило, хотя по разуму в моей ситуации стоило бы поступить именно так. Близких у меня нет, как показало полицейское расследование Риза, так что полагаться не на кого в случае чего. Только на самого Риза. А зачем ему два чужих ребёнка? Вот и вот.

Риз тем временем шагнул ко мне ближе, вынуждая запрокинуть голову и смотреть на него.

— Я мог бы тебе с этим помочь, если бы ты только позволила, — прошептал.

Мог бы.

Знаю.

Потому и не позволяю.

Это моя проблема, и мне её решать.

Поэтому улыбнулась ему в очередной раз и отодвинула от себя, выставив между нами ладони и надавив ими на его грудь.

Пальцы от соприкосновения с горячим телом, чей жар ощущался даже через одежду, закололо в стремлении изучить каждый сантиметр сильных мышц. Едва удалось подавить в себе это дикое желание.

— Мне нужно дальше работать, — оправдала свой побег от него, направившись к новоприбывшему посетителю за дальним столиком.

Не дошла.

На пути возник ещё один посетитель, и я только в последний момент успела затормозить. Отшатнулась назад. И видимо сегодня точно не моя смена, потому что избежав столкновения с одним человеком, я спиной врезалась в другого. Но прежде чем успела что-то сказать, на талию скользнули чужие руки, удерживая на месте.

Замерла.

Смотрела, как мужские ладони поочерёдно скользят под самой грудью, накрывают низ живота, и не могла отвести от них взгляда. Широкие и смуглые, с длинными пальцами, которыми наверняка удобно перебирать струны гитары, они аккуратно, но уверенно прижали меня к их владельцу, как если бы это происходило не в первый раз.

Прикрыть глаза, вдохнуть поглубже ставший вмиг вязким воздух и услышать ответный шумный вдох — явление скорее инстинктивное, нежели нечто осознанное. И достаточное, чтобы понять, насколько сильно я только что облажалась.

Сразу по всем фронтам.

Но стоило только обозначить намёк на то, что меня стоило бы отпустить, как обе ладони усилили свою хватку и крепче прижали к мужскому телу, которое было теперь твёрдо абсолютно везде, что особенно остро ощущалось поясницей. А незнакомцу и того мало. Он склонился надо мной ниже и провёл носом от виска к самой шее, замерев на стыке шеи и плеча. С шумом втянул в себя воздух в районе пульсирующей жилки моего слетевшего с катушек пульса.

Я пропала.