Пепельный ангел

По мере того, как лифт опускался все ниже и ниже, останавливаясь на жилых уровнях, из него выходили люди. В кабине становилось все просторнее, и вскоре альфа мог без помех рассматривать загадочного омегу. Его песочного цвета камуфляжная форма выдавала в нем солдата-внешника, высокие штурмовые ботинки были получены явно не с армейского склада общего назначения, такие выдавались только отдельным группам, выполняющим задания на внешних рубежах. Только почему-то на форме не было ни одного знака отличия. Военные славились своей маниакальной любовью ко всяким только им понятным шевронам и нашивкам, выделяющим их в особую касту и позволяющим с одного взгляда разделять друг друга по статусу и рангу. Странно, что у Ангела (будем пока называть его так) не было ничего. Полнейшая анонимность.

Такая загадочность не могла не заинтересовать еще больше. Лифт опускался все ниже и ниже.

Минус пятый уровень – здесь живут рабочие и не очень зажиточные семейные пары.

Минус седьмой уровень – здесь живут одинокие и низкоквалифицированные работяги. Здесь вышли последние подвыпившие трое парней, и вот в лифте осталось только двое: загадочный Ангел и любопытный альфа.

А лифт опускался все ниже и ниже…

Никогда еще альфа не чувствовал себя так по-дурацки, как юный школьник на первых танцульках. Альфа одернул себя: он, в конце концов, не ребенок, а взрослый состоявшийся мужчина, с чего бы вдруг такая робость? Он подошел почти вплотную к омеге, тот поднял на него глаза, такие серые и уставшие.

– Меня зовут Роберт Динлох, можно просто Роб, – сказал альфа, с улыбкой протягивая руку.

Омега, не торопясь, рассматривал его – начиная от брендовых туфель, дорогого костюма и заканчивая дорогим навороченным коммуникатором самой последней модели на запястье протянутой руки.

– Простите, я не заинтересован в новых знакомствах, – красавец улыбнулся, склонив голову к плечу.

Услышав его нежный, мелодичный голос Роб заслушался. Когда увидел нежную улыбку, его сердце пропустило удар. Он стоял и, улыбаясь, смотрел на омегу, как деревенский дурачок, он даже не сразу сообразил, что его отшили. ЧТО? ЕГО, РОБЕРТА ДИНЛОХА, ОТШИЛИ??

Дверь лифта за спиной звякнула, открылась. Минус тринадцатый уровень, самое дно.

Омега, поправив лямку вещмешка, обошел Роба, застывшего как соляной столб, и вышел в сумрак плохо освещённого помещения.

Так не бывает, думал альфа, да что он о себе возомнил? Нахал смазливый. Он ему сейчас объяснит, что с ним, Робертом Динлохом, так себя не ведут. И ринулся следом. В нос ударил тяжелый запах машинного масла, стоялый запах мусора и немытых тел. За всеми этими ароматами тонкий запах земляники терялся напрочь. Роб метнулся вперед, пытаясь в сумраке разглядеть силуэт или услышать шум шагов. Ничего.

– О, какие люди и без охраны, – присвистнули из темноты. Как-то сразу вдруг, казалось бы, из ниоткуда возникли силуэты крупных мужчин.

– Закурить есть? – спросил, лениво растягивая слова, голос явно пьяного человека. Зажали со всех сторон. Где-то слева звякнула цепь.

– Доброй охоты, мальчики, – откуда-то из-за спины Роба внезапно вышел Ангел. – А вы все резвитесь, как я погляжу. И как вам не ай-яй-яй?

– Добрый вечер, уважаемый, – было слышно, как говоривший человек трезвеет за считанные минуты. – Простите, недоразумение вышло, мы не знали, что он с вами, уважаемый. Простите, нас уже нет, – и только топот множества разбегающихся ног.

– Да кто ты такой? – рявкнул Роб.

- Неважно. Уходи, пока лифт не уехал. Следующий будет только утром. Тебе здесь не место, - серые глаза равнодушно скользнули по лицу Роба.

- Нет.

Ответом было только равнодушное пожатие плеч. Омега развернулся и пошел куда-то вглубь лабиринта с мигающими лампочками и разрисованными граффити стенами. Робу не оставалось ничего другого, как поторопиться следом. После нескольких поворотов и переходов они пришли к белой крашеной двери. Солдат достал ключ из нагрудного кармана и, не торопясь, открыл ее. Не оборачиваясь, он вошел в комнату и захлопнул дверь прямо перед носом оторопевшего Роберта.

Идиотская ситуация. Роб почесал мочку уха. Тупость какая-то. Альфа огляделся: низкий потолок, разрисованные стены и, как ни странно, белые крашеные двери без номеров. Тонкие стены. Было слышно, как в соседней комнате плачет ребенок, а в другой кто-то устало переругивается. За дверью Ангела что-то тихонько скрипнуло, и опять тишина. Ни голоса, ни звука шагов. В коридоре воняло прогорклым маслом и мочой. Роберт очень ясно понимал, что вряд ли самостоятельно найдет дорогу к лифту, от чего вся эта ситуация вызывала какую-то заторможенность. Не хотелось ни делать резких движений, ни громко говорить. Можно было по коммуникатору вызвать охрану, они, конечно, удивятся, с чего его сюда занесло, но появятся очень быстро, на полицейском лифте или на чем-то еще, предназначенном для экстренных случаев. Роберт никогда не интересовался жизнью нижних уровней, так, общедоступные сведения.

За дверью опять что-то скрипнуло. Роб набрал воздуха в грудь, как будто собираясь прыгнуть в воду, и постучал в дверь. Ее сразу же открыли, и альфа растерялся. Омега стоял с голым торсом в армейских штанах с расстёгнутым поясом. Он никогда не видел такого красивого тела. В нем не было привычной омежьей хрупкости, но в то же время было сразу понятно, что это именно омега. Высокий, тонкокостный, с явно выраженной мускулатурой, но не перекачанный, как некоторые модные модели подиума, а изящный, совершенный, как античная статуя, с той лишь разницей, что на его плече лежало полотенце, а не праща, и глаза с раздражением разглядывали оторопевшего альфу.

– Что надо? – раздраженно спросило чудо, недобро посверкивая стальными глазами.

– Эээ… – начал было Роберт, но тут увидел метку на шее ближе к ключице. Метка была явно старая и, как ни странно, альфой от него не пахло. Совсем не пахло. Может, вдовец? Роба эта мысль приободрила. – Ээээ… – попытался развить свою мысль альфа.

– Так, ясно. Да, у меня скоро течка, но мне не надо ни секса, ни новых друзей. Ищешь приключений? Давай посмотрим, – тонкая рука легла на грудь и с неожиданной силой надавила, заставляя отступить от двери на пару шагов. Ангел наполовину высунулся из дверного проема и, придерживаясь за косяк другой рукой, выглянул в коридор, посмотрел направо, потом налево, и начал что-то говорить, указывая куда-то рукой. Роб опять потерялся. Он смотрел, как шевелятся губы, как перекатываются мышцы под тонкой кожей, как от холода съёживается маленький сосок. Омега пару раз щёлкнул пальцами перед носом альфы.

– Эй, ты меня слушаешь? – увидев утвердительный кивок, продолжил. – Пятая дверь направо – две омеги, направо седьмая – бета, кстати, у нее сын есть, в случае чего пусть отправляет малого ко мне, у меня как раз свободный матрасик есть, - и с улыбкой опять захлопнул перед носом дверь.

Роберт вновь почесал мочку уха. Его, что, к местным шлюхам послали? Альфа разулыбался. А у парня неплохое чувство юмора. Посмотрим, кто кого переупрямит. Что он там говорил… «Пусть отправляет малого ко мне». Значит, малому можно? Посмотрим. Отсчитал седьмую дверь, постучал. Дверь открыла потасканная женщина-бета в грязном халате. Роберт достал сотню кредитов, у женщины загорелись глаза.

- Седьмая дверь от вас, такой симпатичный солдат… как его зовут?

Женшина выглянула в коридор и нахмурилась, соображая:

- Такой русый красавец с серыми глазами? - и, получив утвердительный ответ, заулыбалась. – Это Анджей, но, мистер, это глухой номер, можете даже не дергаться, он не по этому делу…

- Джей вернулся? - откуда-то снизу раздалось счастливое детское чириканье. Женщина приоткрыла пошире дверь, и Роберт увидел маленького худенького черноволосого мальчика лет пяти-шести отроду. Карие глазки с любопытством оглядели незнакомца.

- Да, кстати, - Роб остановился, смакуя имя Анджей… да, созвучно с Ангелом, - Анджей сказал, что у него есть свободный матрасик, и что мальчик может прийти к нему.

- Мам, можно? - мальчик прижался к женщине.

Она перевела взгляд на Роберта, стало понятно, что бета что-то просчитывает. Женщина сузила глаза, и альфа опять полез за портмоне. Получив вторую сотню, мамаша вытолкнула мальца и быстро захлопнула дверь. Пролетев пару шагов, малыш уткнулся в колени Роберта. Тот присел, стараясь рассмотреть его поближе. При ближайшем рассмотрении мальчик оказался не только худым, но еще и чумазым. От него пахло грязным бельем и неожиданно карамелью.

- Ты омежка? - решил уточнить Роб. Было очень необычно увидеть такого ребенка у женщины-беты.

- Я альфа! - гордо провозгласил малыш и клипнул глазами.

Роберт удивился, обычно маленькие альфы - это хорошо сбитые крепыши, а такими худенькими бывают омежки. Мальчик смотрел на него глазками олененка Бемби и чего-то ждал.

- А почему у вас тут все двери белые и без номеров?

- А это из-за Джея, – заулыбался малыш. - Когда он сюда только переехал, то его обворовали, а он нашел воров и сказал им все вернуть, а они посмеялись. Джей их избил, и тогда к нему пришла вся банда, - у малыша загорелись глаза, и он стал махать руками, показывая, как именно все происходило. - «Черные вороны», знаешь? Такие страшные, их тут все боялись. Они ночью выломали дверь у Джея и хотели его убить. Да. Все испугались, а Джей не испугался, он их всех-всех победил и даже убил кого-то. Да. А потом вызвал полицию. У нас никогда столько полицейских за раз не было. Да. И ты думаешь, его в тюрьму посадили? А вот и нет, и даже наоборот, самый толстый полицейский руку Джею пожимал и говорил СПАСИБО. Вот. А Джей потом поставил новую дверь и покрасил ее белой краской. И тогда все узнали, что Джей живет за белой дверью. И потом все в нашем коридоре поснимали номера и покрасили двери белой краской. Свою дверь каждый знает. А воры-то не знают, где Джей живет, – мальчик счастливо рассмеялся. – Правда, здорово придумали?

- Правда, здорово, – Роб с облегчением рассмеялся, его красавец вовсе не бандит, а, наоборот, герой. Ну, теперь ты точно от меня никуда не денешься, красавчик!