Моя ходячая неприятность.

Устало прикрываю глаза, предпочитая промолчать. Это всего лишь попутчик. Сейчас довезет меня до Термини, и пойду я своей дорогой. Хотя…

– Знаешь, а ты мог бы мне помочь найти отель, – нехотя признаюсь я. – Ты знаешь язык, сможешь объясниться, а я… А я просто ворона. Клювом прощелкала сначала багаж, потом сумочку, в которой бумажка с сайта – подтверждение бронирования и оплаты. И телефон тоже там, в сумочке.

– Паспорт хоть с собой? – спрашивает он.

– Да, с собой, – кивнула я.

– Давай, – он притормаживает у обочины.

– Зачем? – непонятно чего пугаюсь. А ну как и он окажется козлом, а я лишусь документа и последней надежды на то, что все наладится.

Дэниэл закатывает глаза и откидывается на спинку кресла.

– Вы, в России, из себя таких умных строите, а на деле даже не хотите пошевелить извилиной, – устало говорит он. – В Италии, как и во всей Европе, давно есть такая прекрасная услуга, как справочная служба, куда можно позвонить и по фамилии узнать, в каком отеле должен остановиться человек.

Я уставилась на него, как баран на новые ворота. А ведь он прав. И почему я об этом раньше не подумала?

– Ты паспорт даешь? – тон становится требовательным, и я, нехотя, протягиваю ему книжечку. – Дятлова Катерина… Почему Катерина?

– Маме приспичило, – пожимаю плечами и начинаю злиться. – Ты еще с фамилии посмейся…

– Нормальная у тебя фамилия, – отвечает он, продолжая рассматривать фотографию в паспорте. – Тебя дятлом в школе не дразнили?

– Ну, знаешь ли, – рявкнула я, чувствуя, как щеки наливает румянец. – Сама справлюсь! Спасибо за помощь!

Вырываю из его рук паспорт, и выскакиваю из машины, громко хлопая дверью.

– Не холодильник, – начинает было он, но осекается. – Кэт, ты что, обиделась? Не злись, я же просто так спросил.

– Простота хуже воровства, – чеканю я и уверенно шагаю по тротуару.

А в голове крутится одна мысль – ну же, останови меня, запихни в авто, не обращай внимание на мою вспыльчивость и помоги справиться с проблемой, которая грозит перерасти в разряд крупной неприятности.

Но Дэниэл и на этот раз удивляет меня… Он просто заводит мотор, выжимает газ и… Скрывается с глаз моих на своей машине, бросив меня посреди улицы.

– Блин, – я даже застываю, так и не сделав еще один шаг. – Вот это поворот…

Настроение улетает даже не в ноль, а далеко-далеко в отрицательную систему координат. Хочется топнуть ножкой, сесть прямо посреди тротуара, чтобы все видели, как мне плохо… Да только людей на улице по-прежнему нет – то ли район безлюдный, то ли все в это время на работе… А значит, никто не оценит моих стараний.

Солнце начинает припекать макушку, и я, покрутившись вокруг своей оси, наконец замечаю небольшое деревце, в тени которого можно спрятаться. Еще бы воды где-нибудь достать, потому что в горле пересохло, да и не привыкла я к таким температурам воздуха. У нас, в нашем городе, летом гораздо прохладней.

Но нет, теперь уж точно нет никакой надежды на то, что ситуация разрешиться хоть как-то. Да и вообще, в гробу я видала такой отдых!

И чтобы себя подбодрить хоть как-то, все же топаю ножкой…

– Ну и чего застыла? – слышу голос сзади и вздрагиваю от неожиданности. – Опять ворон считаешь? Еще ведь паспорт есть, почему бы и его клювом не прощелкать…

Поворачиваюсь – Даня. Стоит, облокотившись на капот собственной машинки и хитро улыбается. Надо же, я настолько погрузилась в свои мысли, что даже не заметила, как он подъехал.

– А ты круги вокруг квартала нарезаешь, да? – сдуру выпаливаю я, и тут же прикрываю рот ладошкой. – Прости-прости-прости, я больше так не буду!

– Поехали, нечего греть макушку на солнцепеке, – смеется он, возвращаясь за руль.

Несусь к машине, опасаясь, что он передумает и в этот раз уедет навсегда. Плюхаюсь на пассажирское сидение и пристегиваюсь ремнем безопасности.

– Держи, – он протягивает мне картонный стаканчик, накрытый крышкой, с чем-то теплым внутри. – Должно немного легче стать. Жару с непривычки сложно переносить. Особенно неподготовленному организму.

– А что это? – с интересом принюхиваюсь, чувствуя едва уловимый аромат мяты.

– Чай, – говорит Даня. – Позвонил я в справочную службу. Почему ты не сказала мне, что у тебя не только багаж и сумочку украли, но еще и жениха?

Я хмурюсь и отставляю стакан в сторону. Действительно, как я могла забыть, что у меня, моя же лучшая подруга, увела жениха?

А хуже всего то, что я, после свадьбы, за, так скажем, моральный ущерб, решила забрать ту самую оплаченную поездку, в которую мы должны были поехать в медовый месяц… И номер в отеле у нас, соответственно, для молодоженов.

– Это совсем неважно, – качаю головой, впервые задумываясь о том, что хоть и обижена на бывшего, во мне все равно еще теплеют определенные чувства к нему.

Несколько лет из жизни не выбросишь, а мы, с моим Даней, вместе с самой школы. И перед тем, как завязались серьезные отношения, мы долгое время дружили… Получается, я совсем не умею выбирать себе не только парней, но и друзей.

– Тогда я буду думать, что ты его где-то прикопала, – пытается разрядить обстановку Даня, пусть и глупыми шутками. – Это очень даже в твоем стиле и соответствует твоему характеру.

– Ты меня совсем не знаешь, а уже делаешь выводы, – закипаю я. – По первому впечатлению не судят.

– Первое впечатление, вопреки признанному мнению, всегда самое правдивое, – не соглашается он. – Ты не знаешь человека, не можешь даже представить себе, что от него ожидать и опираешься лишь на свою интуицию. А интуиция никогда не подводит.

В чем-то я с ним согласна, но признавать это не хочется.

– В любом правиле есть исключение, – говорю я вслух. – Уверена, что и ты не такой, каким мне показался сначала.

– Какой же? – он с интересом зыркает на меня.

– Ты добрый. А показался очередным козлом, который хочет утешить меня, причем в горизонтальной плоскости, – пожимаю плечами.

– Значит, я предстал в твоем воображении в облике ловеласа и сердцееда, – смеется он. – И это недалеко от истины, на самом деле.

– И зачем ты мне об этом говоришь? – подняла на него глаза. – Теперь твои планы будут нарушены, и я не сдамся без боя.

– Это мы еще посмотрим, – улыбается он. – Но, если быть предельно откровенным, ты совершенно не в моем вкусе.

Хмыкаю, но на душе становится паршиво. А ведь он мог бы сказать комплимент, проявить какую-то заинтересованность… Возможно, мне бы было легче смириться с тем, что меня предали. Потешить свое самолюбие и поднять самооценку. Но, видимо, не в этот раз.

– Взаимно, – отвечаю я, и делаю большой глоток чая.

А мысли снова возвращаются… Дергают меня, покусывают, мешая сосредоточиться на главном вопросе – что же делать? Я не знаю, как смогу вытерпеть две недели в номере, который будет мне напоминать обо всей этой истории.

Выход находится сам собой, когда Даня паркуется возле отеля.

– Слушай, а ты можешь попросить у администратора, чтобы мне поменяли номер? Можно на тот, который попроще, – заискивающе заглядываю ему в глаза. – А если мне еще вернут часть денег, я вообще буду самым счастливым человеком на земле.

– Хорошо, спрошу, – согласно кивает он, придерживая тяжелую массивную дверь.