Мой охотник на монстров

— Вы опоздали, — хрипло сказала я.

Почему-то во рту вмиг пересохло, стоило только янтарно-карим глазам посмотреть в мои.

— Я приношу свои извинения, — сказал он низким голосом, склонившись ко мне чуть ближе, чем то позволяли приличия.

Невольно захотелось сделать шаг назад, но по венам словно пробежало жидкое пламя. В какой-то момент я поняла, что просто не могу пошевелиться, продолжая, будто загипнотизированная, смотреть на стоящего рядом мужчину.

Горан Ладич был выше меня почти на целую голову, широк в плечах, с такой мускулатурой, что хорошенько задумаешься, прежде чем становиться у него на пути.

В карих глазах плясали смешинки, трехдневная щетина придавала небрежно-брутальный вид вместо неопрятно-разгильдяйского. Каштановые густые волосы отливали на солнце золотом. Черная одежда подчеркивала достоинства фигуры, а тяжёлая сумка в руке, казалось, совершенно не тяготила его.

Не зря вся женская часть нашего автобуса не отводила от него взгляда.

— Прошу этого больше не повторять, — сказала я тихо, но твёрдо. — Ваше место тридцать пять.

Горан кивнул, задержав на мне взгляд, и направился к своему креслу.

Я с облегчением выдохнула. Черт, только сейчас сообразила, что стояла вытянувшись, будто струна под умелыми пальцами, и боялась сделать лишний вдох.

Да уж, что поделать, врождённое чувство самосохранения всегда реагировало на таких самцов: держись подальше, Стася, просто не подходи. Ты не стерва, не роковая женщина и не... всё остальное. Ты всего лишь руководитель туристической группы, образованная, грамотная и в это время закрытая для каких-либо шашней.

— Ну что? — спросил подошедший ко мне Дмитрий, один из водителей. — Все на месте?

— Угу, — кивнула я и снова просмотрела список. — На этот раз все. Сейчас уточню детали и поедем.

— Хорошо, — согласился он. — Тогда порядок. И… — Дмитрий покосился на разместившегося со всеми удобствами Горана и хорошенькую блондиночку, щебетавшую с ним. — Слушай, а чего он так долго возле тебя стоял?

— Спрашивал про программу маршрута, — буркнула я, понимая, что больше ничего не могу сказать.

Учитывая, что программа, словно мозаика, выкладывается по пути, ничего толкового я сказать не могла. Точнее, основные точки маршрута известны, но по времени четкости нет. А при прохождении границы и вовсе все может слететь бог знает куда.

Согласовав последние детали с туроператором, я зашла в автобус, осмотрела своих туристов. Так, есть пожилые, большая шумная семья с детворой, молодящиеся барышни, студенты. Что ж, коллектив разношёрстный, но это далеко не плохо. В таких поездках сплачиваются совершенно разные люди.

Я взяла микрофон, мысленно помянув наших технарей незлым тихим словом. Дай бог, чтобы все проработало весь тур. Иначе придется импровизировать. Однажды микрофон приказал долго жить в первый же день. Ох, чего только тогда мне не приходилось выдумывать, господи.

— Доброе утро, дамы и господа! Приветствую всех в нашем замечательном автобусе, рейс «118», на котором мы отправляемся буквально через несколько минут в тур «Счастливые дни в Хорватии». Меня зовут Станислава Грабар, и я буду вас сопровождать в течение всей недели нашего путешествия. Так же наши водители Игорь и Дмитрий сделают всё, чтобы в дороге нам было комфортно и спокойно. Давайте поприветствуем их!

Туристы захлопали в ладоши. Горан отвлекся от соседки-блондинки, несколько раз размеренно хлопнул, глядя мне прямо в глаза.

По позвоночнику пробежали мурашки. Я выдержала взгляд, но невольно захотелось оказаться от него подальше. Да что ж это такое? Что за игра: смотри на своего руководителя так, будто хочешь съесть?

Перечислив еще несколько необходимых вещей, а так же добавив, что по всем вопросам нужно обращаться именно ко мне, я пожелала всем приятной дороги. Свет в автобусе погас, выезд всё же был в половине пятого утра. Почти всем тут удалось поспать три-четыре часа, поэтому подремать в кресле — святое. Я бы и сама с удовольствием отключилась, только теперь началась работа, а с ней и ответственность за тридцать человек. Поэтому сон вычеркиваем из распорядка дня.

Мы тронулись по трассе к украинско-венгерской границе. Периодически я поглядывала на своих «подопечных», но вскоре успокоилась: все спали. Даже Горан прикрыл тяжёлые веки. Странно… Имя у него хорватское. Как он тут оказался? И почему едет туристом? Может быть, просто этнический хорват, но никогда не был на родине и хочет таким образом разведать что и как?

Решив, что голову над такой загадкой лучше не ломать, я уставилась в окно. Там, за прозрачным стеклом, чернела ночь. Казалось, жидкая тьма облила автобус с крыши до колёс, полностью отгородив находящихся здесь людей от окружающего мира.

Пока что ничего не рассмотришь. До Карпат ехать ещё пару часов. Там уже начнет светать, озарять вершины золотистыми лучами — будет на что посмотреть. А пока…

В какой-то момент мне показалось, что кто-то меня позвал. Обернувшись, поискала взглядом звавшего, однако все так и посапывали в креслах.

Я сделала глубокий вдох и прикрыла глаза. Опять началось. Порой мне слышались голоса, которыми не могли обладать те, кто находится рядом. Об этом было страшно рассказывать, но порой становилось невыносимо. Мать говорила, что у них в роду была сильная ведунья, но при этом, скорее, как легенда семьи, а не настоящий человек.

Я устроилась поудобнее в кресле. Пока можно немного расслабиться и просто смотреть в никуда. Может, кто-то сочтёт это странным, но я люблю дорогу. Просто ехать. Просто смотреть в окно. И доверять себя полностью тому, кто сидит за рулём.

Несколько лет назад я осознала, что живу от тура к туру. Только в путешествии оживаю и становлюсь похожей на человека. А вот находясь без движения, будто засыхаю, как комнатное растение у нерадивой хозяйки. Нормально ли это? Не знаю.

Чья-то ладонь накрыла мою руку. Я дёрнулась, но тело окутало какой-то вязкой теплой волной, не удавалось даже шевельнуться.

— Вот так, — шепнули мне на ухо, по спине тут же пробежала дрожь. — Расслабься, всё хорошо.

Внутри где-то полыхнул мгновенной искрой страх, однако тут же исчез. Теплая волна обнимала и покачивала, пахла солью и хвоей.

Сильные руки крепко обняли меня со спины. Губы обожгли шею невесомым поцелуем. Кровь вспыхнула тысячей огней.

И тут же пронеслась паническая мысль: «Кто там? Как он подошёл?! Ведь там же спинка кресла, там…»

Я попыталась выпутаться из объятий, но ничего не удалось. Руки и ноги, словно околдованные конечности марионетки, не отзывались на мои собственные приказы.

Горячие губы прижались к моей шее. Голова пошла кругом. Захотелось обернуться, посмотреть в глаза, но меня резко стиснули в объятиях.

— Подожди, моя хорошая, ещё рано, — хрипло шепнул он.

Длинные жесткие пальцы скользнули по щеке, очертили скулу, вплелись в волосы. Чуть сжались, заставляя откинуть голову назад. С моих губ сорвался едва слышный стон. Внизу живота появилась тяжесть, а внутри всё замерло от предвкушения.

Перед глазами плыла густая горячая тьма, не дававшая ничего рассмотреть. Возникло ощущение, что на лицо просто накинули непроницаемый шелк, сквозь который ничего не увидеть.

— Какая ты у меня красивая, — шепот на ухо. — Не зря я столько лет тебя искал.

Кончик языка коснулся мочки моего уха, по телу будто пронесся разряд молнии. Дышать стало тяжело, головокружение усилилось.

От поцелуев уже горели шея и плечо, возбуждение расцветало, словно ядовитый цветок. Широкая ладонь скользнула под мою блузку, оглаживая живот и поднимаясь к груди. Я еле слышно охнула и…

Автобус мягко остановился. Я резко распахнула глаза, пытаясь прийти в себя. Нет, ничего такого, и рядом никого нет. Быстро посмотрела в окно — уже светает. Потом на часы. Так, отключилась всё же. Но ненадолго, слава богу. Во всяком случае, никто не будил, никому ничего не требовалось. Выдохнув с облегчением, я поправила ворот куртки и тут же замерла. Куртка плотно застёгнута. Так… ну и сон, господи.

Почувствовала, что скулы вмиг опалило жаром. Да, всего лишь сон. Но ощущения такие, словно позади до сих пор кто-то находится. Так, не думать! Не думать об этом! Вон солнце уже дает сиренево-розовую кромку рассвета над Карпатами. Ещё чуть-чуть — и подъедем к заправке, ребятам как раз нужно топливо.

Я провела ладонями по лицу, быстро глянула на телефон, проверив сообщения из офиса. Так, пока всё хорошо, идем по плану. Два автобуса, выехавшие перед нами в Италию и Венгрию, уже отъехали на приличное расстояние, так что толпы народа быть не должно.

А ещё мне нужен кофе. Просто до ужаса. За всю жизнь у меня толком не сложилось пристрастий… кроме кофе и шоколада. Это те вещи, которые нужны постоянно. Друзья шутят, что когда я умру и рядом предложат кофе, из гроба тут же протянется моя рука, требуя стакан с этим волшебным эликсиром.

Взяв микрофон, я встала с кресла:

— Уважаемые дамы и господа, мы уже в Закарпатье. Делаем небольшую санитарную остановку. На всё про всё у нас двадцать пять минут, прошу в восемь десять всех быть на своих местах. Убедительная просьба: не опаздывать, так как у нас впереди ещё прохождение границы.

Народ радостно высыпал из автобуса и целенаправленно устремился к заправке. Я тоже вышла, вдохнула полной грудью свежий горный воздух и едва заметно улыбнулась. Всё же лучше гор могут быть только горы. И пусть мы находимся, можно сказать, внизу, всё равно вид потрясающий.

И на душе почему-то становится как-то спокойнее. Сразу замирают, отступают все тревоги и заботы, исчезает будничная суета. Остаёшься только ты и они. Ты — и вечные горы.

Пусть я до безумия люблю Львов, в котором уже живу треть сознательной жизни, однако мечта жить в горах никогда не исчезала. Возможно, когда-нибудь…

Глянув в сторону заправки, невольно улыбнулась. Мои туристы, весело галдя, выходили с полными руками минералки, сэндвичей и прочей снеди, призванной сделать дорогу краше. Всё то, что в повседневной жизни ты можешь не есть, отказавшись в пользу более здорового питания, в путешествии становится самым вкусным и неожиданно полезным. А главное — организм вполне благосклонно принимает всё то, что ему даёшь, будучи слишком увлечённым разглядыванием пейзажа за окном.

— Стася, — хрипловато позвали меня голосом, от которого тут же стало немного не по себе, — кажется, вам это необходимо.

Я резко обернулась и замерла, не веря собственным глазам.