Неверная

- Добрый вечер, Максим Константинович! - швейцар за стойкой вытянулся стрункой, а я покосилась на Макса. Консьержка из нашей общаги уже выгнала бы нас шваброй, чтобы «не шлялись в это время, проститутки и наркоманы».

- Здравствуй, Николай, - кивнул мой спутник и уверенно продолжил свой путь.

Завёл меня в лифт, нажал на кнопку. Ого… Одиннадцатый этаж. Высоко. Невольно поёжилась.

- Замёрзла? - тёплые руки легли на мою талию, огладили живот, и внизу снова всё закипело.

Нет, не холодно. С тобой жарко. И запах этот твой… Мммм… Это же преступление - так вкусно пахнуть. За такое судить надо.

- Нет. Высоты боюсь…

Стоит ли говорить, что одно осознание того, что я буду находиться так далеко от земли, приводит меня в ужас, и даже мокрые трусы не способствуют расслаблению.

- Понял, к окнам тебя не подпущу, - шепнул мне на ухо, обдав кожу своим теплом. - В принципе, нам не до этого будет. Обещаю.

Ооо, я не сомневаюсь, господин Секс. По ногам прокатилась дрожь, и я невольно оперлась о стену лифта. Вспышка возбуждения не прошла мимо его внимания.

- Потерпи немножко, скоро будем на месте, - шепнул хрипло, прикусил мочку ушка. Ооох, чтоб тебя!

Я сейчас, должно быть, выгляжу как озабоченная шлюшка, но ничего с собой поделать не могу. Сумасшествие какое-то. Он действует на меня, как валерьянка на кошку. Или ударная доза экстази на наркомана.

Лифт открывается, и он быстро выходит, таща меня за собой. Запястье горит от этого прикосновения, но я покорно иду за ним.

Открывает дверь, не особо нежно заталкивает меня внутрь и тут же, захлопнув дверь, прижимает мое дрожащее тело к стене.

Рвано выдыхаю, когда его руки отрывают меня от пола, вынуждая обхватить торс Макса ногами. Слышится треск платья. Последнее немного отрезвляет, потому что платье не моё, и утром я должна его вернуть, кровь из носа.

Но когда Макс отодвигает мои трусики в сторону и резко вторгается пальцами внутрь, забываю обо всём на свете.

Его напор яростный, какой-то сумасшедший. И движения отнюдь не ласковые, я бы назвала их грубыми. Но именно это мне сейчас и нужно. Вот такое исступление. Чтобы дрожь в коленках и влажно… везде.

Своим ртом он жадно набрасывается на мои губы, а язык нагло вторгается внутрь. Стону или, скорее, мычу, захлебнувшись от убойных эмоций, и выгибаюсь в его руках при каждом резком движении пальцев.

Наверное, не стоит и говорить, что ничего подобного со мной прежде не случалось. Я воспитана в строгой семье и никогда бы не пошла с первым встречным к нему домой… Раньше.

А сейчас сделала это. А ещё меня прижимает к стене здоровенный мужик и быстро трахает пальцами. Именно трахает. Потому что назвать это прелюдией не поворачивается язык.

Спина больно трётся о стену, но я продолжаю надрывно стонать и обнимать его за шею. Теку как какая-то нимфоманка и выгибаюсь, ударяясь головой о стену.

Он отстраняется, долго смотрит на меня, не прекращая резких движений пальцев. Словно в густом тумане я смотрю в синие глаза, и внизу живота начинает сжиматься пружина.

- Хватит, - неожиданно вытаскивает из меня пальцы, вынуждая теперь соскользнуть на пол. Не сразу осознаю происходящее и подаюсь к нему. - Я схожу в душ, а ты, - берёт меня за подбородок, надавливает большим пальцем на нижнюю губу. - Идёшь в мою спальню, раздеваешься, ложишься на кровать и ждёшь меня. Трогать себя я тебе не разрешаю.

Я слышу его сквозь оглушительный стук в ушах, но не уверена, что понимаю. Заторможено киваю и тянусь к его губам, но Макс не позволяет поцеловать его.

- Поплыла девочка, - усмехается и, сдавив мои щеки своими сильными пальцами, впивается в мой рот своим. Я поскуливаю от неудовлетворённого желания, что жжёт внизу, заставляя меня сжимать коленки.

Макс отрывается от меня, берёт за руку и тащит за собой. Заталкивает в какую-то комнату, где тут же зажигается свет.

- Делай, что сказал. Я скоро приду.

Он исчезает, и меня вдруг начинает сотрясать крупная дрожь. До сегодняшнего дня такую трясучку я воспринимала как грипп. А сейчас… Сейчас меня просто раздирают эмоции и похоть, которые сковали всё тело. Я шагаю к кровати, не в силах сдерживать стоны, потому что каждое движение отдаётся пульсацией между ног. Да что же это?

Может, он что-нибудь мне подмешал? Но я вроде ничего не пила у него… Да и вообще, была трезвая.

Мысли в затуманенной голове путаются, спотыкаются друг о друга, а дрожащие руки тянутся к молнии на спине. Расстёгиваю платье, оно падает к моим ногам. Переступаю кусок красной ткани, что расплывается перед глазами кровавым пятном, и откидываю покрывало.

Залезаю под одеяло, прохлада простыней немного отрезвляет, и я широко распахиваю глаза, глядя в потолок.

Что я делаю? Что с тобой, Минаева? С ума сошла? Ты же сейчас лежишь в постели практически незнакомого взрослого мужика и ждёшь, пока он придёт, чтобы тебя поиметь!

Если бы мама с папой меня увидели, они бы сгорели со стыда. Я и сама сгорела бы ещё несколько часов назад.

Нет… Неправильно всё это. Я должна уйти. Прямо сейчас. Пока он в душе.

Вскакиваю с кровати, хватаю платье, но не успеваю его надеть. Сзади слышится звук закрываемой двери. Застываю. По телу проносится лёгкий мандраж, и сердцебиение снова учащается.

- Долго раздеваешься, - он вырывает из моих рук платье, швыряет его на пол. Берёт меня за шею, прижимает к себе, а второй рукой расстёгивает бюстгальтер. Затем медленно опускается, стаскивая вниз мои трусики… Последнее укрытие от него. Бельё падает на пол, а я падаю в пропасть. Голова снова затуманена, и в горле пересохло, как в пустыне. - Повернись, - сам же и поворачивает меня. Смотрит в глаза. - Хочешь уйти?

Я отстранённо мотаю головой. Не хочу. Уже нет. Особенно теперь, когда вижу его в одном полотенце. Обнажённый мужчина-мечта выглядит ещё мощнее. Каждый мускул, словно из камня высечен. И кожа бархатная пахнет гелем для душа.

- Тогда повернись к кровати и наклонись.

От его властного, приказного тона подгибаются ноги, но я послушно следую указаниям.

- Прогни спину. Приподними попку и покажи мне себя. - Я его не вижу, но от мысли, что он стоит сзади и смотрит на меня, предвкушение загорается внутри пламенем. - Ещё прогнись. Вот так…

Его пальцы касаются моих складочек еле ощутимо. Мягко проникают внутрь, медленно покидают лоно. Я нетерпеливо ёрзаю и за это получаю шлепок по заднице. Не сильный, скорее, предупреждающий.

Затихаю. Жду. Кусая губы и подрагивая в такт его размеренным движениям.

- У тебя было не много мужчин. Один или два, - это не вопросы. Он сделал заключение. И в другой раз я бы удивилась и спросила бы его, откуда он знает, но сейчас как-то не до этого… Вообще не до этого.

Макс вытаскивает из меня пальцы, скользит выше, размазывая влагу и останавливаясь у ануса. Я сжимаюсь, сразу же напрягаясь. Он же не станет меня… туда?

- А здесь «девочка» ещё. Здесь никого не было, - надавливает одним пальцем, и я судорожно сжимаюсь еще больше, пытаюсь подняться. На этот раз шлепок сильно обжигает кожу, а я всхлипываю от накатившего кайфа. Такого же сильного, как от толчков его пальцев во мне. - Стой спокойно, и тогда я разрешу тебе кончить. Вместе со мной.

Да… Кончить. Это то, что мне нужно. Прямо сейчас. Иначе взорвусь! Не выдержу!

Сзади открывается тумбочка, шуршит пакетик презерватива. А я стою, истекаю и жду.

Матрас прогибается, чувствую жар его тела, и в тот же миг твёрдый, упругий член врывается в меня на полную длину.

Захлёбываюсь в немом крике, запрокидываю голову, а он врывается снова, немного даёт мне отдохнуть, всего пару секунд, и опять толкается. Его бёдра врезаются в мои ягодицы, частые шлепки оповещают о том, что он не собирается ждать, пока я привыкну к его размеру.

Он берёт меня. Как лев свою самку. Вгоняет в горящее лоно свой член, и я срываюсь на крик.

- Расслабь, - хрипло на ухо. - Расслабь, дай войти до конца.

И я охаю, когда он делает то, что обещал. Пружина внутри сжимается до предела, и, стоит ему коснуться клитора и чуть надавить на него, я содрогаюсь от оргазма. Внутри будто взрывается атомная бомба, меня накрывает взрывной волной, и быстрые толчки плавно замедляются. Макс не даёт мне упасть, удерживая за бёдра и, наконец, кончает сам, прислонившись мокрым лбом к моей спине.

Через пару мгновений он всё же отпускает меня, поднимается с кровати, куда-то идёт и опять возвращается. Шипит минералка, а я понимаю, что ужасно хочу пить.

Со стоном переворачиваюсь на спину и ошалело смотрю на Макса. Он стоит надо мной с бутылкой воды, рассматривает.

- Попей, - протягивает бутылку, и я тут же опрокидываю в себя живительную влагу. - Всё? - забирает воду, ставит на тумбочку и… Достаёт презерватив.

Глядя на меня, раскатывает резинку по стволу, который так и не опал, берёт меня за лодыжки, разводит их в стороны. Широко, почти до боли.

- Макс… Может, отдохнём? - хлопаю ресницами, робко улыбаюсь.

А уже через минуту он снова берёт меня, как одичалый. Распяв на кровати и удерживая мои запястья, проникает глубоко и быстро. Его член пульсирует во мне и растягивает мои складочки до боли, но боль эта необычная. Сладкая боль. Которой хочется ещё и ещё.

Мои ноги широко раздвинуты. С губ срываются рваные крики, будто их выдирают из моего горла. Макс подчиняет себе моё тело и умело играет с ним, доводя меня до экстаза. И мне ни капли не стыдно, хотя до сегодняшнего дня я не думала, что подобное возможно.