Вне себя: Если я останусь

Настоящее время

- В каком коматозе я была, что позволила тебе выбрать такое идиотское имя для меня? - подкурила сигарету толстую с фильтром, надевая черные очки-кошки защищая глаза от палящего итальянского солнца.

- Славка прости меня, я думал тебе нравится мое имя, ты так часто меня Русиком называла?  - смеется парень попивая свой коктейль.

- Я так рада, что ты вернулся, Рус, фантазия у тебя сотка, -  рассмеялась первый раз за долгое время от души, а не потому что надо.

- А я рад, что ты смеешься Лана, - взял меня за руку, - мальчишку простила? 

Это он про Петрова. Когда я очнулась то очень долгое время не хотела его видеть. Тугушев уговорил меня поговорить с парнем, объяснив, что тогда Яр пытался меня спасти, пока Давид ехал к нам, предупредить Амира, что на нас планируется нападение, но мой муж не отвечал на звонки. Петров вынес меня на руках из ресторана и все время находился рядом пока не очнулась, отменив всю свою работу.

- Да, сразу как ты улетел, оказывается он такой храбрый у меня, - посмотрела на серебряные часы на руке, скоро забирать Матвея от репетитора.

- Так вы вместе? - осторожно спросил друг.

- Нееет, - поморщилась, даже думать о таком не могу, Петров мой брат, - он в своем репертуаре свободного художника.

- Тугушев? - серые глаза изучали меня.

Просто кивнула, боясь отвечать на этот вопрос даже самой себе, - мне нужно сына забрать, поедешь со мной? Можешь у нас остановиться.

- У меня есть здесь квартира, спасибо, -  грустно улыбнулся, все время меня отвлекал его шрам над верхней губой, потоскала его жизнь за эти четыре года видимо.

- Я рада, что ты вернулся друг, когда будешь готов, поговорим, а так жду завтра в офисе, введу тебя в курс дел, мне не нравится начальник охраны, которого приставил Волк, -  встала, кинув свой ноутбук в черную сумку.

- До завтра, - его улыбка греет мне сердце, возвращала в те беззаботные дни на острове.

Пригладила атласную голубую юбку, задирая ее чуть выше колен, чтобы удобно было вести свой Porsche cayenne, поправила прозрачную блузку кремового цвета застегнув последнюю пуговицу. Всю дорогу до дома мистера Ричи в моей голове крутились воспоминания о том, как Тугушев он же Волк вытаскивал меня из самой жопы.

Как только дверь за Русланом захлопнулась я начала пить на террасе, очень много пить и курить, напивалась сильно чтобы заглушить ноющую боль в груди, которая ни на секунду не оставляла. Прокручивала в голове наше последнее утро в прикуску с посещением его могилы, с фото Ди со свадьбы с Дато и фото моей матери у больничной кровати отца, который умер в конечном итоге. Я добивала себя, стараясь забыться и если бы у меня был выход на наркотики они бы тоже пошли в ход, благодарна Богу, что не было. Не знаю сколько тогда времени прошло, когда Давид ворвался в квартиру и загнал меня в ванну, вымыв дочиста, проверив все вены на наличие уколов,усадил трясущуюся на стул в одном полотенце.

4 года назад

- Ты ебанулась?! - мужчина в идеально белой рубашке и начищенных туфлях, орал на меня первый раз за месяц, который мы пересекались, ходил нервно вокруг сжимая кулаки.

- Ты понимаешь, что ты творишь?! Там, - громко кричал куда-то указывая, - сидит маленький потерянный мальчик у которого есть единственный шанс на нормальную жизнь и это блять ты! - ткнул в меня пальцем, - которая сидит и жалеет свою жопу, запивая бухлом. Тебе жить не хочется?! - карие глаза уставились на меня.

- Я...я, - не могла ответить потому что была в шоке, его напоминание о Матвее заставило меня задуматься.

- Я блять, тебя сука спросил, тебе не хочется жить? - схватился за полотенце у моей груди и потянул на себя, так чтобы мы были лицом к лицу, от него исходил жар ярости.

- Я не знаю, - все, что могла выдавить из себя.

- У тебя миллиарды на счетах, отличный выстроенный бизнес, но это все хуйня Мирослава, - рычал сквозь сжатые до скрипа зубы, - маленький мальчик уже две недели ждет, когда за ним приедет его любимая Мирослава, мальчик которого бросила мать и у которого умер отец, мальчик, который провел последние пару месяц в детском доме. Нахуй ты просила привезти его сюда, чтобы он смотрел на алкоголичку? - он отпустил меня отталкивая от себя, в дверь позвонили и кажется, что он сам был счастлив отдышаться после этой нотации.

Я дрожала прижимая белое полотенце к себе, мой мозг напрочь отказывался все воспринимать.

Давид вошел в комнату с пакетами, проходя мимо меня на кухню. В комнате вкусно запахло едой, мой живот скрутило в спазме, напоминая  о том, что в нем давно не было ни крошки, - ты когда последний раз ела? - он что-то выкладывал на барную стойку.

- Не помню, - честно призналась.

- А я тебе скажу, когда улетела из моего дома в Москве, а что врачи говорили? - что-то мыл в раковине.

- Говорили, что мне нужна диета и витамины, - в голове начали появляться воспоминания жизни в его доме в Москве и как я просила Давида забрать Тигру из детского дома. Чувство вины захлестнула меня.

- Иди ешь, - скомандовал, он стал у кухонной гранитной поверхности и смотрел на меня, как я неуклюже усаживаюсь на барный стул, беря в руки ложку. Тогда я съела всего лишь две ложки куриного бульона и меня накрыла истерика с ужасным чувством ничтожества.

Он просто подхватил меня на руки и вместе со мной лег на диван, укладывая меня на себя, мое полотенце давно валялось на полу, но никакого стеснения или искр между нами не было, он бережно накрыл меня мягким серым пледом и гладил по волосам пока я плакала и просила прощения, говорила о том, что так больше не буду.

- Я и забыл, что ты маленькая девочка, которая все потеряла, прости меня, - шептал, - но твой мужчина погиб не для того чтобы ты сейчас себя убивала, а бизнес свой оставил тебе потому что верил, что ты вытащишь его ребенка, это все что он создавал годами, ты же не можешь просрать это.

- Ребенка, - слезы хлынули новой волной на его рубашку, - в то утро я сказала, что не хочу от него детей, - вопила.

В ту ночь я поняла одну вещь, алкоголь или наркотики никогда не решат проблему, я всего лишь отодвигала эту лавину из воспоминаний все выше и выше, а когда хрупкий забор рухнул эти камни накатили на меня с новой мощной силой. Тогда Тугушев жил со мной неделю, заставил сдать все анализы, чтобы проверить есть в крови наркотики или нет, всю работу перевел домой, нам доставили несколько мониторов, чтобы удобно было погружаться в дела. Проконтролировал чтобы подписала все до последней бумажки и в конце недели я уже была полноправным обладателем нескольких веток успешного многомиллиардного легального бизнеса и матерью пятилетнего Матвея, ради которого должна быть сильной. Наверно они оба вернули меня к нормальной жизни и заставили перестать жалеть себя.