Ночь утех в Золотой Академии. Между принцем и ректором

Вздрогнув, я увидела ректора, сидящего за письменным столом. И мамочки, каким же он оказался красавчиком! Высокий, подкачанный (что было видно даже несмотря на одежду), широкоплечий. С мужественными скулами, длинными пепельными волосами, собранными в хвост шелковой лентой, и золотистыми глазами.

Как я знала благодаря воспоминаниям прошлой хозяйки тела, Франц Кафер был избран на пост ректора совсем недавно, только полтора года назад. То есть, для него на посаде ректора это будет вторая Ночь утех, а я – вторая первокурсница, которая должна отдать ему свою девственность на той церемонии.

– Рад вас видеть, адептка Клигерхилд, – медленно проговорил ректор, и подняв взгляд, ранее устремленный на бумаги, посмотрел прямо на меня. Таким взглядом, что я вздрогнула и ощутила, как сердечко бешено заколотилось.

– Почему вы позвали меня? – растеряно пискнула я.

– Это касается предстоящей церемонии, – пояснил мужчина, вставая из-за стола. И глядя на то, как он приближался ко мне, я невольно съежилась. – Поскольку до нее еще целая неделя, мы должны решить один немаловажный вопрос.

– И какой же? – несмело спросила я, когда мужчина остановился прямо передо мной.

– Ваша девственность, адептка Клигерхилд.

– Моя девственность?

– Она должна оставаться нетронутой до самой церемонии, – строго проговорил ректор, глядя на меня с высоты своего роста.

– Да-да, я знаю. И я ни в коем случае не собиралась…

– То, что вы не собирались нарушать вековые традиции и подставлять всю Академию после вашего избрания, это, конечно же, очень похвально, – прервал меня он, и взяв за руку, повел к своему столу. – Только вот одних намерений недостаточно, адептка Клигерхилд.

– О чем вы, ректор? – испугалась я. А потом испугалась еще сильнее, когда мужчина легко подхватил меня и усадил на свой рабочий стол!

– О том, что кроме ваших намерений, нужна еще и стопроцентная гарантия того, что до момента, когда я проникну в вас на церемонии открытия Ночи утех, никто другой не войдет в вас, – прорычал он в паре сантиметров от моего лица! Ах, его дыхание на моих губах! И эти глаза так близко…

– И как же я должна это гарантировать? – охнула я, дрожа перед ним.

– Вы – никак. Соблюдение традиций будет гарантировать заклинание, – заявил ректор, а я почувствовала его сильную руку на своей талии… которая чувственно скользнула вниз, по бедру… слегка задирая коротенькую юбку в складочку!

– Заклинание? – словно в трансе, переспросила я.

– Печать, которая не позволит никому и ничему проникнуть в вас и лишить девственности до Новогодней ночи, – пояснил мужчина, проводя подушечками пальцев по моим трусикам! – Даже если я сам сойду с ума и захочу трахнуть вас раньше срока, адептка, – горячо прошептал ректор, отводя в сторону ткань трусиков и касаясь пальцами мокрых лепесточков. – Заклинание не позволит мне, и вообще кому угодно, войти в вас. И его действие закончится ровно за минуту до полуночи тридцать первого декабря. Поэтому, адептка… расслабьтесь и получайте удовольствие, – нагло хмыкнул мужчина, подцепив мои трусики кончиком пальца. И спокойно стянул их, отбросив в сторону!

– Ах, ректор! Что вы делаете?! – покраснев, забормотала я, когда мужчина медленно развел мои ножки.

– Накладываю заклинание, – ухмыльнулся он, опускаясь передо мной на колени… и его лицо оказалось как раз между моих ножек!

Вскрикнув вместе со стоном, я запрокинула голову и ухватилась руками за край столешницы в тот момент, когда ощутила язык ректора на своем бутончике! Шепча заклинания, он старательно выводил его кончиком древние руны прямо на моей киске – движение за движением смущая… и одновременно до безумия возбуждая!

– Ох, ректор! Я… я сейчас… я сейчас кончу, ректор! – вскрикнула я, тяжело дыша.