Предательство Гаммы, Мстительная Суженая Альфы

ОТ ЛИЦА ЛИРЫ:

Танец закончился, и Люциан, с Эларой, цепляющейся за его руку, направился прямо ко мне. Его лицо было маской холодного высокомерия.

«Лира», — сказал он пренебрежительным тоном. «Тебе следует подойти и поздороваться с Эларой. В конце концов, она будущая принцесса этой стаи».

Холодный, резкий смех вырвался у меня из груди. Звук прорезал ближайшую болтовню, и несколько голов повернулись в нашу сторону.

«Принцесса?» — повторила я, мой голос сочился сарказмом. «Насколько я помню, она всего лишь незаконнорожденная дочь, которую мой отец еще официально не признал. Старейшины стаи уж точно этого не сделали».

Воздух вокруг нас застыл. Лицо Элары побледнело, а челюсть Люциана сжалась.

«Следи за языком, Лира», — прошипел он, его глаза сверкнули гневом. «Ты просто завидуешь».

«Завидую?» — я сделала шаг ближе, мой голос повысился. «Ты говорил мне, что ненавидишь эти праздники. Ты говорил, что недостаточно хорош, чтобы тебя видели со мной, что не хочешь, чтобы старейшины судачили. Ты отказывался стоять рядом со мной пять лет».

Я указала на танцпол. «А теперь? Теперь ты танцуешь первый вальс с "ней"? Ты нарушил свое обещание, Люциан».

«Не устраивай сцен», — предупредил он низким, угрожающим голосом. «Мне нужна... помощь Элары. Чтобы укрепить мое положение».

Оправдание было настолько жалким, настолько оскорбительным, что что-то внутри меня сломалось.

«Ее помощь?» — выплюнула я, слова на вкус были как яд. «Что она вообще может предложить? Она дочь Вексии, грязной изгоя, чья кровь так же грязна, как и грязь, из которой она выползла!»

Ярость взорвалась на лице Люциана. Прежде чем я успела среагировать, его рука взметнулась в воздух.

ХРЯСЬ.

Звук эхом разнесся по внезапно затихшему залу. Сила удара отбросила меня на шаг назад, щеку обожгло огненной болью. Но физическая боль была ничем по сравнению с агонией, которая разорвала мою душу. Удар пары — это высшее предательство, нарушение священной связи, данной Богиней. Связь между нами треснула, послав волну тошноты и душевной муки по всему моему существу.

Я смотрела на него, мой взгляд затуманился от непролитых слез. Моя пара. Мужчина, которого я любила. Он ударил меня. Из-за нее.

Мое сердце не просто разбилось. Оно превратилось в пыль.

Я посмотрела в его яростные глаза и голосом, который дрожал, но не сломался, произнесла самые сильные и проклятые слова, которые может сказать оборотень. Слова, которые изменят все.

«Я, Лира Костина, отвергаю тебя, Люциан Смирнов, как свою пару».