Берлинская кровь

Август проснулся два часа спустя. Хоть голова и болела, он дал себе слово, что сегодня начнется его новая жизнь. И он должен его сдержать. Наступил рассвет, скоро они с Йенсом должны были пойти в организацию. Август оделся и взял документы. Уже на выходе Йенс спросил его:

— Ты готов?

— Да, конечно, готов.

— Ладно, пошли. Нам еще нужно заполнить бумаги.

Они вышли из дома и двинулись в нужном направлении. Было достаточно рано, люди еще не встали и на улицах не толклись толпы спешащих людей. Ветрено, снега почти нет. По дороге Август постоянно возвращался к вопросу о том, правильно ли он делает, ведь он, по сути своей, становится злодеем. Он меняет себя. Ему придётся, возможно, когда-нибудь убивать людей. Однако думать об этом не хотелось. И, задвинув сомнения на задний план, он постарался думать о хорошем. Страна в жутком кризисе, и ему нужно спасать себя.

— Ну вот мы и пришли, — Йенс указал на серое здание.

Оно стояло где-то очень далеко от остального мира, и ему казалось, что даже краска тут была темнее чем на остальных домах.

— Ты не пойдешь со мной?

— О нет, а зачем я тебе там? Это твой путь, и ты должен начать его тут один, мое дело лишь указать тебе вход и направление.

— Ладно, я пойду.

— Удачи.

Август открыл дверь и вошел. Желающих вступить в СС было даже слишком много. Август увидел окошко, где принимают бланки, рядом — медицинский кабинет, выдача формы и регистрация. Он подошел к одному окну и, наклоняясь, спросил у девушки:

— Здравствуйте, скажите, где мне можно взять бланк для регистрации?

— Вы новенький? На поступление?

— Да.

— Вот вам бланк. Заполните его и пройдите к тому окошку, после вам объяснит, что нужно делать.

— Хорошо, большое спасибо, — он стал читать бланк.

Ничего необычного в нем не было. Возраст, цель поступления, религия, семейное состояние и члены семьи. Также были графы для врачей: вес, рост, внимательность, скорость реакции. Одна графа заинтересовала его очень сильно. Эта графа называлась «Чистота арийской крови». Август вдруг подумал, как они будут ее проверять. Однако ему не о чем было волноваться: он знал, что он немец, или, как теперь было принято говорить, ариец. Он быстро заполнил все бумаги и встал в очередь к окошку, где их проверяли и говорили, куда идти. Некоторым — в медицинский кабинет, некоторым — переписывать, некоторые и вовсе были посланы, потому что не подходили по параметрам. Стоявший рядом с ним паренек волновался, хотя Август не понимал, что не так. Понял, когда его развернули и сказали, что он не подходит по религиозным убеждениям. Очередь дошла до него. Все документы и анкета оказались в порядке, так что его допустили в медицинский кабинет. Он постучал и, получив разрешение войти, переступил порог. Кабинет был простой. В нем не было сложной техники, единственное, что напрягало, — шприцы для сбора крови. Ох, как же он не любил это делать! Но, видимо, это для графы «чистота арийской крови».

— Вы новенький?

— Да, пришел на поступление.

— Хорошо, давайте вас осмотрим.

Дальше шла стандартная процедура измерения. Рост — сто семьдесят пять сантиметров — он подходил по параметрам. Глаза голубые, это был идеальный вариант. Волосы темные, но они играли меньшую роль. После этого Август должен был на время, за одну минуту, написать текст, состоящий из трех предложений, без ошибок, а также поймать падающий предмет со стола — так проверялась скорость реакции. Он справился с этими заданиями. У него взяли кровь и отправили в коридор, дожидаться итогов анализов. Сев на стул, Август немного пришёл в себя после этой, как ему казалось, неприятной процедуры. С ним рядом сел парень лет девятнадцати. Он выделялся цветом волос: рыжий, как солнце. Август встречал такой цвет в Германии. Он видел такой цвет в последний раз у двоюродной сестры мужа Мии, когда они все вместе были на свадьбе, но она была из Ирландии. Она была немкой только на половину.

— Слушай, здравствуй, — не очень уверенно обратился к нему парень. — А трудно проходить в медицинском кабинете?

— Да нет, не очень, а что? — Август посмотрел на юношу явно с каким-то непониманием: зачем он спрашивает это?

— Меня, если что, зовут Артур Леманн, — тот протянул руку.

— Август Шольц, — он пожал ее.

На этом их короткая беседа подошла к концу. Они сидели минут пять, пока Августа не позвал врач.

— Итак, вот ваши документы, медицинскую комиссию вы прошли, теперь вам вон туда. Там отдаете это все и получаете документы и форму. Поздравляю, — он пожал ему руку.

— Спасибо, до свидания. — Август принял документы и, увидев в графе «Чистота крови» девять баллов — самый высокий — с гордостью улыбнулся и направился в нужном ему направлении.

Подойдя и протянув документы, которые ему дали, Август получил на них печати. Мужчина, который их смотрел, стал рыться в шкафах своего кабинета. И, найдя нужные, открыл.

— Август Шольц?

— Да, это я.

— Вы учились в военной академии после школы, и закончили ее очень даже хорошо, со званием роттенфюрер.

— Да, кажется.

— Хорошо, вы получите звание унтершарфюрер и будете направлены… в высший штаб СС, оперативный штаб, там как раз сейчас нужны люди.

— Хорошо.

После этого документы сложили в папку к остальным. Дальше ему выдали новую форму и отправили с удостоверением унтер-офицера. Он шел назад и понимал, что его жизнь началась куда лучше, чем он думал. Август вдруг вспомнил, как он не хотел ехать в эту академию, как просил и умолял отца не отдавать его туда. Как ночью сидел и заучивал эти сложные правила. Как ненавидел это все. Однако теперь, оглядываясь назад, он понимал и говорил покойному отцу «спасибо». Он проложил ему дорогу. Выйдя из здания, Август увидел Йенса, который уже заждался его.

— Ну что? — тот приподнял выжидающе бровь.

— Я прошел и направлен в… — он посмотрел в документы. — В высший штаб СС, в оперативный штаб.

— Ты… сейчас серьезно?! — было видно, что Йенс не ожидал такого. — Это же новый штаб, к тому же, самый престижный. Подожди, а с каким званием тебя туда направили?

— Унтершарфюрер.

— А-а, ну тогда понятно. Ладно, я за тебя очень рад! Пошли, нужно заехать домой, рассказать Рудольфу, переодеться в новую форму и поехать, чтобы тебя приняли в штаб.

— Хорошо, — Август улыбнулся.

Поймав на улице такси, они сели и поехали.

— Ты теперь выше нас, получается.

— Это еще почему?

— Ну, Рудольф получил обычного рядового, а я, всего лишь, штурмана. Даже это звание пришлось еще заслужить.

— Ну, я был в военной академии, куда меня после школы, если помнишь, отправил отец, поэтому и получил такое звание.

— А, точно, ты же там тоже достучался до роттенфюрера. Теперь понятно, почему ты получил его. Ладно, поехали: сегодня вечером у нас есть, что отметить.

Когда они подъехали к зданию, которое ничем не выделялось из других, Йенс точно так же стоял у лестницы, а Август, с документами и уже одетый в форму, вдохнул побольше воздуха и открыл входную дверь. На входе была охрана, они посмотрели документы и пропустили внутрь, сказав, куда нужно идти.

Здание было огромным и светлым, тут легко дышалось, и казалось, что тут царит полный покой и мир. Придя к отделу кадров, он сел в очередь. Там было много людей, и пришлось подождать. Пока Август сидел в очереди, он успел заметить, что тут очень много девушек. Интересно, а они зачем сюда идут?

— Госпожа, здравствуйте, а скажите, зачем девушки идут в эту организацию? — он обратился к девушке лет двадцати двух.

Блондинка с голубыми глазами и приятной милой внешностью оторвалась от разговора с соседкой. Сначала она даже не поняла, что он обратился именно к ней. Август рассматривал ее фигуру: в черном пиджаке и юбке, руки в перчатках, туфли на каблуках.

— Здравствуйте. По многим причинам. Тут находится отдел кадров, где тебя распределят дальше, поэтому сюда приходят все, начиная от солдат Вермахта и заканчивая связистками, секретарями и штабными помощницами.

— Ясно, а вы на какую должность пришли устраиваться?

— Я — на секретаря Генриха Гиммлера.

— Меня зовут Август. Август Шольц.

— Очень приятно, меня зовут Иоанна Шнайдер, — на этом беседа их закончилась.

Как только Август обнаружил на безымянном пальце левой руки девушки кольцо, он вежливо и тактично прекратил беседу, чтобы не нажить себе врагов. Он отсидел в очереди часа два и по счастливому лицу Иоанны понял, что она прошла на должность, на которую хотела. И вот наконец-то, очередь дошла до него. Август прошел в кабинет и сел на стул, протянув при этом документы.

— Здравствуйте, Август Шольц, вы по распределению?

— Да, меня направили сюда. Я только прошел комиссию.

— Да я вижу, — унтерштурмфюрер посмотрел в документы, это был человек приятной внешности. — Хорошо вы приняты в штаб.

На его документах поставили печать и забрали их к остальным, которые еще лежали на столе.

— Куда теперь мне идти?

— Я провожу вас до вашего отдела, — унтерштурмфюрер встал из-за стола, и выйдя из кабинета, направился по лестнице на второй этаж.

Пройдя немного вглубь и повернув налево, он открыл перед Августом дверь, и они оказались в небольшом помещении, где сидели и работали несколько парней и девушек.

— Дамы и господа офицеры, познакомьтесь: теперь это ваш непосредственный начальник, унтершарфюрер Август Шольц, введите его в его непосредственные обязанности, — на этом унтерштурмфюрер закончил речь и, развернувшись, пошел прочь.

Минут пять все стояли и смотрели на Августа, позже к нему подошел один паренек и протянул руку.

— Меня зовут Франц Браун.

— Август Шольц, очень приятно.

Они пожали руки друг другу.

— В наши обязанности входит распределение техники и войск СС, а также материально-техническое снабжение, выплата жалования, транспортировка писем, починка техники и многое другое. Нас только сформировали, поэтому пока на нас только эта работа. Надеюсь, тебе будет приятно с нами работать.

— Я тоже так думаю.

Август заметил в комнате русоволосую даму с серыми глазами, которая показалась ему знакомой. На ней пиджак. Она сидит в углу и без конца что-то печатает. Она не подняла глаз от работы, даже когда его представляли.

— А кто это? — Август указал на незнакомку.

— А, это моя сестра, Шарлотта. Она очень странная, не такая, как все девушки, и много работает. Девушки редко получают работу в СС, поэтому она тут, как секретарь. И бухгалтер. Вот твое место, — Франц указал на стол, который стоял отдельно от других и был отделен от общей комнаты дверью со стенами.

— У меня целый небольшой кабинет.

— Да, ты теперь командуешь нами. Ладно, обустраивайся, а я пошел работать, — помахав рукой, Франц вышел.

Август стал обустраиваться на новом месте, и пока ему все нравилось. В двери постучали, и получив короткое «войдите», на пороге появилась Шарлотта с кучей бумаг.

— Это отчеты по финансам, а также зарплата, поставьте печати, — она не была расположена к беседе, и по ней было это видно.

— А, да, конечно, — увидев нужную печать, Август поставил ее на все документы и расписался, где она показала.

После того, как вся работа была выполнена, они минуту еще смотрели друг другу в глаза. Шарлотта отвела взгляд первой и ушла, прикрыв за собой дверь. Остальной день, который был не такой уж и длинный, пролетел незаметно. И, выйдя из здания, Август заметил Йенса, который уже стоял и потирал руки. И Рудольфа, который стоял с бутылками пива.

— Ну что, мой старый друг, давай отметим твое вступление в новую жизнь?

— Только не слишком бурно, — Август улыбнулся.

— Пойдем, сегодня мы должны оторваться так же, как и перед твоим отъездом в академию, — Йенс похлопал Августа по спине, и они пошли по ночному Берлину.

Они веселились всю ночь и, проводив Йенса в его квартиру только под утро, отправились спать. Как же хорошо было Августу. Его душа пела и ликовала.