Заставь меня остаться

‒ Нет! ‒ говорю громче, чем хотелось бы.

‒ Подумайте хорошенько. Я на вас не давлю, ‒ отвечает мужчина, сцепив перед собой в руки замок.

Вот сейчас как раз-таки вы на меня и давите! Властный, блин, босс, гроза всех дам от пятнадцати и выше. Да лучше бы ты мне переспать на этом отполированном столе предложил! То, что он полирован, гарантирую, только вчера его натирала. Но сейчас ‒ не о моих достижениях.

‒ Послушайте, ‒ подалась немного вперед, ‒ Олег Федорович, я все понимаю, сложный возраст, тяжелое детство.

Распинаюсь перед ним. А про себя думаю, что ложку у этого исчадия ада нужно было вытянуть изо рта, засунуть в задницу и пару раз прокрутить!

Но сейчас практически решается моя судьба. И засунув свои мысли поглубже в... подсознание, да, продолжаю ездить боссу по ушам.

‒ Валерия, скажите прямо, вас что-то не устраивает? – прекращает он мои жалкие попытки.

Он это серьезно?!

Судя по всему, да. На лице полное непонимание. Ну конечно, как так? Почему я не горю желанием и не бросаюсь грудью на амбразуру, как только он предложил мне стать няней для его сына?

Во-первых, я не няня. На педагога отучилась, да. Но туда меня запихнула мать, подключив все свои связи и давних знакомых. Я же, чтобы не расстраивать родительницу, усердно училась. Но посвящать свою жизнь сопливым спиногрызам? Боже, сохрани!

Во-вторых, я работаю здесь уборщицей. Ой, стойте, клининг-менеджером, как красиво сейчас говорят. Самой сути это не меняет. Я шла сюда с определенной целью. Заработать деньги, чтобы жить одной.

Да, мне двадцать три, а я живу с мамой. И лично меня все устраивало. Пока она не начала лезть в мою жизнь с целью помочь доченьке обрести смысл жизни. Свой она нашла в детях. Что интересно, не во мне. Она ‒ воспитатель в детском саду. Спит и видит, что я пойду по ее стопам. Я себя в этой роли вообще не вижу. Поэтому пришлось в экстренном режиме устраиваться на любую работу. Грязи я не боюсь, поэтому предложение поработать уборщицей за хорошую зарплату приняла быстро и не раздумывая. Спасибо знакомой, что ушла в декрет. Подсобила и меня взяли даже без собеседования у главного. Так, к чему это я? В общем, у нас, наверное, в карме прописано, вроде родового проклятия: все женщины в роду будут подтирать сопли мелким засранцам. Вот, как я! Бежала от этого, а меня ни с того ни с сего хотят заставить стать няней одиннадцатилетнего парня. Да ему не няня нужна. В его возрасте уже подружек заводят. По крайней мере, Инстаграм так говорит.

‒ Может быть, хотите обсудить вашу зарплату? ‒ не дождавшись от меня реакции, продолжил босс.

Мой начальник ‒ бизнесмен. Разведен, воспитывает сына сам. Жена удалилась с его пути почти сразу после рождения Дэнчика.

Дэнчик, он же Денис, это и есть тот самый спиногрыз, которого хотят всучить мне под крыло. Чуть не забыла! Есть еще один сын. Старший, Кирилл. Его я никогда не видела, учится где‒то за границей. Приезжает в лучшем случае раз в год. Когда спрашивала про него у своей знакомой, та томно вздыхала и закатывала глаза. Судя по всему, старший ‒ красавец. Наверное, в отца пошел. Такие же темные волосы, заостренные скулы, высокий лоб, длинные ресницы, тонкие губы и пронзительные голубые глаза.

Именно этими голубыми глазами меня сейчас и прожигает его отец.

‒ Простите, я не могу. Я всего лишь уборщица.

‒ Вы закончили педагогический, ‒ стреляет своей осведомленностью мужчина.

‒ Не лучшая на курсе, ‒ топлю себя.

‒ Мне достаточно того, что вы окончили институт.

Непробиваемый мужик!

‒ Я лесбиянка! ‒ вообще, я по мальчикам, но продолжаю, ‒ Не думаю, что вашему сыну нужна такая няня.

‒ Отлично. Так даже лучше, ‒ отвечает, улыбаясь.

Не поверил, или действительно рад?! Прищурившись, пытаюсь прочитать его мысли.

Или он из тех, кто за гендерное равенство? Не поверю! Образ властного босса меркнет на глазах. Вот так и верь слухам. Кто мне говорил, что наш шеф просто зверь? Не верю! Этот уставший котик с голубыми глазами не может быть злым!

‒ Валерия, прекращайте. Подписывайте договор и расходимся. Я очень устал, – подтолкнув ко мне скрепленные скобкой бумаги, говорит он.

‒ Я должна прочитать, ‒ говорю.

Он только дает знак рукой, а сам ослабляет галстук, отпивает из стакана янтарную жидкость. Наверное, думает, что дело в шляпе. Ну что же.

‒ А можно вопрос? ‒ поднимаю взгляд от документов.

И дождавшись кивка, спросила:

‒ Почему я?

‒ Подписывайте, ‒ тянет мне ручку.

‒ Я не дочитала.

‒ У меня нет времени, ‒ говорит, и давит на меня тяжелым взглядом, ‒ Валерия, вы ведь умная девушка, ‒ сделаю вид, что сомнение в его голосе мне показалось, ‒ Всего три месяца. И после я выделю водителя, который вас отвезет куда скажете. К вам домой, в другой город, в другую страну. К самолету, на котором вы улетите на другой континент. Советую со мной дружить, – видя, что я хочу еще задать парочку вопросов, добавляет он.

Я закрываю рот. Слышала я, что он не последний человек в городе. Вдруг действительно подпортит мне жизнь?

Лера, ты попала!

‒ Отлично, ‒ как только довела закорючку своей подписи, он вырывает договор у меня из-под носа.

Спасибо, что хоть мой экземпляр оставил.

‒ Ваша комната наверху. Второй этаж, третья слева.

‒ У меня с собой ничего нет!

‒ Завтра выделю водителя, он поможет вам перевезти все необходимое. А сейчас позвольте, я все-таки немного отдохну.

И тон такой, словно это я заставляю его сидеть здесь со мной! Отпустил бы сразу, как только увидел мой взгляд, перепуганный после его предложения стать няней. Так нет же, все-таки дожал. И на что я подписалась?

Попрощавшись с боссом, ушла к себе. Комнатка, что на ближайшее время станет моим вторым домом, оказалась очень милой. Все в нежно-лиловом цвете, ненавязчиво и лаконично. Кровать, небольшой шкаф, комод возле кровати и трюмо в одной комнате, и ванная со всем необходимым за другой дверью. Пожалуй, мне бы здесь даже понравилось, если бы не нужно было присматривать за ребенком.