Тяга к моему мужу-тирану

Взгляд швейцара задержался на засосе на её шее.

Она подняла воротник и практически побежала к лифту.

Илария уже ждала её в дверях, ещё до того, как двери лифта открылись.

На ней было шёлковое кимоно, стоившее дороже, чем арендная плата Мии, а на лице застыла маска трагического предвкушения.

— Заходи, — скомандовала Илария, хватая Мию за руку и втаскивая её в прихожую. — Снимай обувь. Выкладывай.

Она выхватила конверт из руки Мии, не дав ей и слова сказать. Илария разорвала его и с точностью судмедэксперта извлекла свидетельство.

Её глаза пробежались по бумаге. Затем они расширились. Они продолжали расширяться, пока Мии не показалось, что они вот-вот выскочат из черепа Иларии.

— Эмилия Мельникова и... Соколов? — прошептала Илария, проводя пальцем по фамилии.

Имя было тёмным, уродливым пятном. — Что это, винное пятно? Я не могу прочитать его имя. Но Соколов?

Мия рухнула на плюшевый белый диван Иларии. — Знаю. Он подписал записку буквой «Г». Я мысленно называла его Димой. Звучит как имя дедушки. Или антиквара.

Илария подняла на Мию бледное лицо. — Мия. Ты знаешь, кто такой Соколов?

— В Нью-Йорке тысяча Соколовых, — сказала Мия, потирая виски. — Наверное, он какой-нибудь менеджер хедж-фонда. У него была хорошая комната.

Илария выдохнула со звуком, похожим на сдувающуюся шину. — Точно. Точно. Конечно. — Она рассмеялась нервным, высоким смехом. — На секунду я подумала... но нет. Это невозможно.

— Что подумала?

— О моём деспотичном старшем брате, — сказала Илария, содрогнувшись. — Его имя начинается на А, а не на Г. К тому же, мы не зовём его по имени. Мы зовём его «сэр» или «пожалуйста, не убивайте меня». Он акула. Если бы он женился, об этом написали бы на первой полосе «Ведомостей», а невесту проверял бы комитет юристов.

— Вот видишь? — сказала Мия, почувствовав волну облегчения. — Это не он. Мой Дима оставил мне записку. Вежливую.

— Мой брат не знает значения слова «вежливый», — подтвердила Илария. Она подошла к огромному окну от пола до потолка с видом на парк. — Он живёт прямо там. В соседнем здании.

Она указала на террасу пентхауса, примыкающую к её собственной. Их разделяло расстояние футов в двадцать — достаточно близко, чтобы бросить камень, но слишком далеко, чтобы обойтись без моста.

— Это его логово, — сказала Илария. — Не смотри на него слишком долго. Можешь окаменеть.

Мия вздрогнула, плотнее запахивая тренч. — Что ж, я рада, что вышла замуж не за него.

— Можешь остаться здесь, — сказала Илария, повернувшись к Мии. — Твой бывший парень Давид, вероятно, караулит у твоей квартиры. Ты бездомная и замужняя. Тебе нужна база.

— Но... твой брат прямо там.

— Он занят, — отмахнулась Илария. — Он в разгаре враждебного поглощения какой-то технологической фирмы. Он месяцами не выходил на эту террасу. Ты будешь в безопасности.

Она провела Мию в гостевую комнату. Она была красивой, просторной и, к сожалению, находилась ближе всего к соседней террасе.

— Располагайся, — сказала Илария. — Я принесу тебе воды с мёдом от похмелья.

Когда она ушла, телефон Мии завибрировал. Сообщение с неизвестного номера.

Проснулась? Голова болит?

Её сердце пропустило удар. Это был он. Дима.

Мия яростно напечатала в ответ: «Кто вы? Нам нужно поговорить. Я хочу развод».

Ответ пришёл мгновенно. Три точки, пляшущие на экране.

Развод сегодня не по расписанию. Выпей воды. Я не в городе. Поговорим, когда я вернусь.

Мия уставилась на экран. Какая наглость.

«Я не собираюсь ждать, — напечатала она. — Это ошибка».

«Вчера вечером ты не считала это ошибкой», — ответил он.

Лицо Мии вспыхнуло. Она бросила телефон на кровать как раз в тот момент, когда вошла Илария с дымящейся кружкой.

— С кем ты ругаешься? — спросила Илария, косясь на телефон.

— Ни с кем, — быстро ответила Мия. — Просто... с Димой.

Илария закатила глаза. — Дима. Звучит как имя сантехника. Или золотистого ретривера.

Ночь быстро опустилась на город. После ужина из суши на вынос, которые Мия едва смогла съесть, она ушла в гостевую комнату. Ей нужен был воздух.

Она отодвинула стеклянную дверь на балкон. Внизу гудел город, река света и шума. Прохладный воздух кусал её голые ноги под большой рубашкой, в которой она всё ещё была.

Мия посмотрела налево. Соседняя терраса была тёмной, плита бетона и тени. Илария сказала, что он тиран. Чудовище.

Затем — искра. Крошечный оранжевый огонёк вспыхнул в темноте другого балкона.

Мия замерла.

Из тени отделилась фигура.

Он был высоким. Широкоплечим. Он опёрся на перила, глядя на парк, с сигаретой в руке.

Дым потянулся к ней, неся тот самый аромат. Кедр. Дождь.

У неё перехватило дыхание. Силуэт... то, как он стоял, перенеся вес на одну ногу, напряжённые плечи... это казалось знакомым. До дрожи знакомым.

Он повернул голову.

Мия не могла разглядеть его лица, только острый угол челюсти и блеск глаз, отражающих огни города. Он смотрел прямо на неё.

Паника, холодная и острая, пронзила её грудь. Это был брат Иларии? Или это...

Нет. Этого не может быть.

Мия отступила назад, споткнувшись о дверной косяк, и рывком задёрнула шторы. Её сердце колотилось о рёбра, как пойманная птица.

«Это просто брат, — сказала она себе. — Просто страшный сосед».

Её телефон на кровати завибрировал.

Спи спокойно, Мия. Соседи бывают шумными.

Она уставилась на сообщение, и кровь отхлынула от её лица.

Он знал. Он знал, где она.