Молниеносный брак с тайным миллиардером

Родион Соловьёв постучал золотыми часами по деревянному столу, и от этого резкого звука мышцы на шее Киры Волковой напряглись.

— Три года, — сказал Родион, его взгляд скользнул по выцветшей ткани плаща Киры, словно это было грязное пятно на полу. — Таков наш план. Ты закрываешь свой маленький цветочный магазин, мы переезжаем в мою квартиру на Манхэттене, и у нас будет двое детей. Мне нужна жена, которая понимает свою основную функцию.

Кира уставилась на него. Недоеденный круассан на её тарелке вдруг стал похож на картон. К горлу подступил кислый привкус, а желудок скрутило в тугой, болезненный узел.

Она надавила большим пальцем на указательный, ковыряя край ногтя до боли. Вот он — идеальный партнёр по мнению её приёмной матери. Аналитик из Москва-Сити, который относился к первому свиданию как к корпоративному слиянию. Только сегодня утром её брат Мирон написал ей, настаивая, чтобы она связалась с его старым соседом по общежитию, Константином, который, по слухам, вернулся в город и работал где-то поблизости в сфере технологий. «Может, стоило попросить его помочь с сайтом для моего магазина, а не соглашаться на этот кошмар», — с горечью подумала она.

Родион достал телефон и ткнул ей экраном в лицо.

— Посмотри на этот вид, — похвастался он, указывая на стерильную гостиную в небоскрёбе. — В Бруклине такого не увидишь. Вам здесь не хватает амбиций. Я предлагаю тебе повышение уровня.

Кира медленно и неглубоко вздохнула. Воздух в кофейне казался слишком густым, чтобы его вдохнуть. Она заставила уголки губ подняться, мышцы лица протестовали против фальшивой улыбки.

— Точно, — сказала Кира напряжённым голосом. — Повышение уровня.

Родион откинулся назад, скрестив руки на груди.

— Чтобы доказать, что ты умеешь следовать указаниям, — сказал он, его тон стал приказным. — Моя машина припаркована у входа. Птица испортила капот. Пойди попроси у официанта влажное полотенце и вытри. Сейчас же.

Узел в животе Киры, казалось, лопнул. Кровь прилила к ушам, и громкий, ревущий звук заглушил тихую джазовую музыку на фоне.

Её рука двинулась прежде, чем мозг полностью осознал решение. Она схватила пластиковый стакан с ледяным американо, стоявший между ними. От конденсата её пальцы стали мокрыми и холодными.

Родион всё ещё говорил, его рот произносил какие-то слова о выходных в Хэмптонсе.

Кира резко дёрнула запястьем.

Тёмная жидкость с кубиками льда угодила Родиону прямо в пах его сшитых на заказ брюк.

Родион издал пронзительный визг. Он вскочил так быстро, что его стул опрокинулся и с грохотом ударился о пол. Кубики льда отскочили от его бёдер и рассыпались по паркету.

Всё кафе замерло в мёртвой тишине. Звон ложек и тихий гул разговоров прекратились.

Кира вытащила бумажную салфетку из диспенсера. Она вытерла холодную влагу с пальцев, её руки слегка дрожали от адреналина, хлынувшего в вены.

Она швырнула скомканную салфетку прямо в лицо Родиону.

— Сумасшедшая стерва! — закричал Родион, его лицо покрылось уродливыми красными пятнами. — Ты знаешь, сколько стоят эти брюки? Ты тупая, необразованная деревенщина!

— Поздравляю, — сказала Кира, поднимая свою потёртую кожаную сумочку. — У твоих дорогих брюк наконец-то появилась индивидуальность.

Она повернулась, чтобы уйти.

Родион рванулся вперёд. Его рука метнулась, толстые пальцы целились ей в предплечье.

Кира увидела движение краем глаза, но ноги словно приклеились к полу. Дыхание застряло в горле.

Крупная бледная рука сжала запястье Родиона в воздухе.

Хватка была такой внезапной и жестокой, что Родион резко ахнул от боли.

Кира моргнула и отступила назад.

Рядом с их столиком стоял мужчина. На нём была строгая тёмная рубашка без видимых логотипов, но ткань туго обтягивала широкие плечи.

Кира подняла глаза, и её лёгкие забыли, как дышать.

Константин. Сосед её старшего брата Мирона по общежитию.

Глаза Константина были устремлены на Родиона. Бледно-голубые, ледяные, они не моргали. Он смотрел на аналитика из Москва-Сити так, как смотрят на таракана на кухонном столе.

Константин повернул запястье всего на долю дюйма.

Родион попятился, ударившись коленями о край стола. Кровь отхлынула от его лица.

— Я предлагаю, — сказал Константин таким низким и спокойным голосом, что у Киры волосы на руках встали дыбом, — чтобы ты ушёл, пока я это не сломал.

Родион не сказал ни слова. Он вырвал руку, дрожащей ладонью схватил свой кожаный портфель и практически выбежал через стеклянные двери кафе.

Кира стояла как вкопанная. Сердце билось о рёбра, как пойманная птица. Она смотрела на Константина, её разум пытался связать тихого парня, которого она едва помнила по колледжу, с устрашающей фигурой, стоявшей перед ней.

Она заставила себя разжать челюсти.

— Привет, — сумела выговорить Кира, её голос дрогнул. — Это была... семейная катастрофа по договорённости.

Константин повернул голову. Холод в его глазах исчез, как только он посмотрел на неё. Уголок его рта дёрнулся вверх.

Он протянул руку и выдвинул стул, который только что освободил Родион. Он сел, его движения были плавными и совершенно расслабленными.

Он поднял руку, привлекая внимание официанта.

— Два свежих кофе, пожалуйста, — сказал Константин.

Кира уставилась на него. Он вёл себя так, будто это его гостиная. Она медленно опустилась на свой стул, чувствуя слабость в коленях.

Константин положил руки на стол. Его длинный указательный палец начал отбивать медленный, ритмичный такт по дереву.

— Итак, — сказал Константин, его взгляд впился в её. — Как ты планируешь пережить следующее свидание вслепую?